В Иране продолжаются акции протеста. Вызывают интерес вопросы о том, чем закончатся протесты, а также как этот процесс повлияет на наших соотечественников, проживающих там.
Председатель Общины Южного Азербайджана Сайман Аруз, комментируя происходящее для Modern.az, заявил, что события в Иране являются трагедией для людей:
"Рекордное падение иранского риала – это не просто экономическое событие. Это опустошение карманов народа, крушение надежд, обрушение веры в завтрашний день. Когда дорожает хлеб, они терпят, когда нет лекарств, они выносят, но когда жить становится невозможно, человек не может молчать. Эти протесты – именно та точка «хватит». Ожидать чуда в короткие сроки было бы наивно. Иранский режим опытен в подавлении подобных протестов. Но эта волна отличается от предыдущих. Потому что речь идет уже не только о зарплатах и инфляции. В основе протестов лежит недоверие к режиму, страх перед будущим и чувство национального унижения. Этот процесс – необратимый психологический перелом. Режим, возможно, разгонит эту акцию, но гнев, накопившийся в народе, он уже никогда не сможет вернуть в прежнее состояние".
С. Аруз отметил, что протест южных азербайджанцев вдвойне болезнен:
"С одной стороны, как и весь иранский народ, они страдают от бедности, безработицы, обесценивания риала, а с другой – от попрания национальных прав. Нет образования на родном языке, национальная идентичность систематически подавляется, регионы сознательно удерживаются в экономическом отставании. Человек думает: «Я гражданин этой страны, но почему писать и читать, даже говорить на своем языке стало проблемой?» Пока этот вопрос остается без ответа, протест не утихает".
Председатель Общины Южного Азербайджана отметил, что азербайджанцы проявляют осторожность и действуют разумно в связи с этими акциями:
"Города Южного Азербайджана исторически были в авангарде подобных процессов. В таких городах, как Тебриз, Урмия, Ардебиль, существует недовольство, и это недовольство не безмолвно. Просто люди там хорошо знают, что каждое лозунг, каждый шаг может иметь высокую цену. Поэтому активность иногда проявляется не на улице, а в общем духе протеста, в поведении отказа, в отворачивании от системы. Однако это не означает, что Южный Азербайджан будет хранить молчание до конца. По мере развития процессов наши соотечественники с юга также предпримут необходимые шаги для решения своей судьбы.
Эти протесты, возможно, пока не свергнут режим. Но они уже изменили одну истину: страх в иранском обществе не обладает прежней силой. Люди, включая южных азербайджанцев, уже понимают, что молчание их не спасет. И это понимание опаснее для режима, чем любой лозунг. Это не просто протест, это голос исчерпанного терпения народа”.
Южноазербайджанский озан Араз Эльсес же подчеркнул, что азербайджанцы ждут наступления подходящего момента:
“В разных регионах Ирана наблюдаются большие волны протестов. В Южном Азербайджане протестов меньше, можно сказать, почти нет. Этому есть свои причины. Южане и раньше – в прошлые десятилетия – всегда были во главе движения. Поскольку после завершения движения они не получили никакой доли, азербайджанцы стали более бдительными, чем прежде. Сейчас они внимательно следят за событиями и ждут подходящего момента. Когда момент настанет, наш народ проявит свое достоинство и добьется своих прав.
Протесты продолжаются из-за таких проблем, как дороговизна и инфляция. Экономика Ирана находится в очень плохом состоянии. Такого положения в истории еще не было. Это результат ошибочной политики иранского правительства. События в Венесуэле, отстранение Мадуро от политики, а затем поддержка Трампом волн протеста в Иране вселили надежду во все нации Ирана. Азербайджанские тюрки также, когда придет их момент, встанут на ноги, поднимутся и потребуют своих национальных прав. Короче говоря, иранские власти достигли такой точки, что им либо придется провести большие изменения и пойти на реформы, либо уйти”.
