Ибрагим Набиоглу
Месяц Рамазан. Солнечное утро выходного дня.
Мы во дворе знаменитой мечети Эйюп Султан в Стамбуле.
В дни поста это место окутывается совершенно иной духовной атмосферой. Скоро здесь будет не протолкнуться от людей. Хотя солнце щедро льет свои лучи, воздух все еще хранит следы зимы – он прохладный и чистый.
Эйюп Султан, помимо того что является мечетью, также является духовной памятью Стамбула, его историей.
Это место построено над могилой Эйюпа Султана – Абу Айюба аль-Ансари (умер в 672 году), одной из самых почитаемых фигур в истории ислама. Он был сподвижником, который принял Пророка Мухаммеда в своем доме во время его хиджры в Медину. В последние годы своей жизни – уже в возрасте около 90 лет – он присоединился к походу на Константинополь и скончался от болезни у городских стен. Абу Айюб аль-Ансари был одним из сподвижников Пророка, известным своими знаниями, преданностью и ролью писца откровений.
После завоевания Стамбула в 1453 году его могила была обнаружена великим ученым и целителем Акшемседдином, учителем Фатиха Султана Мехмеда, который, как утверждается, был азербайджанским тюрком по происхождению. По приказу Фатиха здесь был построен большой комплекс – мечеть, медресе, имарет и тюрбе. С того дня Эйюп Султан превратился в место, где османские султаны опоясывались мечом при восшествии на престол (джулус), молились и которое считается одним из самых священных мест паломничества в Стамбуле.
Мечеть несет в себе спокойную и сдержанную красоту классической османской архитектуры.
Белые каменные стены. Изящные минареты. Мягкий свет, проникающий внутрь.
Во дворе царит вековая тишина. Звук воды, текущей из шадырвана, смешивается с пением птиц. Будто дыхание истории Стамбула скрыто в этих стенах.
Когда входишь внутрь мечети, кажется, что все немного замедляется.
Старинные ковры поглощают шаги толпы.
Вверху большой купол. На стенах изящные каллиграфические панно.
Мягкий свет, льющийся из окон.
Здесь человек невольно настраивается на другое душевное состояние.
Прошло несколько дней после бомбардировки Ираном. Я молюсь, чтобы эта дикая и несправедливая война обошла стороной нашу страну. Пока мой спутник находится внутри тюрбе, я делаю несколько фотографий.
Вокруг мечети бесчисленное множество лавок. Некоторым из них более ста лет. Каждый раз, когда мы приезжаем сюда, мы обязательно покупаем финики Аджва. Эти финики, известные как «финики Пророка», растут в регионе Медины. Их цвет темно-черный, а вкус глубокий и мягкий. В исламской традиции они занимают особое место. Многие постящиеся считают сунной разговляться именно этими финиками.
Рамазан пиде – это древняя традиция, оставшаяся от Османской империи. Это один из неотъемлемых символов стола ифтара. Мягкое тесто, посыпанное кунжутом, и сетчатые узоры на хлебе…
В часы, близкие к ифтару, улицы Стамбула окутывает запах пиде, и люди стоят в длинных очередях. Но почему-то вкус пиде, испеченного вокруг Эйюп Султана, особенный. Будто духовная атмосфера этого места проникает и в хлеб. Даже если оно остынет до часа ифтара, уйти отсюда, не купив пиде, невозможно.
Есть еще гюллач – один из самых нежных десертов месяца Рамазан. Тонкие крахмальные листы размягчаются молоком, между ними кладется грецкий орех, сверху посыпаются зерна граната. Благодаря своему легкому и освежающему вкусу он считается одним из изысканных лакомств стола ифтара.
Несмотря на то, что мы приезжали сюда много раз, мы снова осматриваем древние постройки вокруг мечети и, в особенности, историческое кладбище. Многие из здешних могил насчитывают 400-500 лет. Каждая из них – словно страница истории, высеченная в камне.
Османские кладбища обладают странной мистикой.
Длинные, изящные надгробия.
На них – аяты, высеченные каллиграфами.
И самое интересное — надгробия с головными уборами.
Прогуливаясь по этому кладбищу, человек быстро понимает, что головной убор на надгробии – это не просто украшение. Это знак, указывающий на личность покойного. Именно это является самой характерной особенностью османских надгробий. Тюрбан или кавук на вершине камня словно шепчет, кем был покойный. Большие тюрбанообразные головные уборы часто принадлежат могилам ученых, газиев и государственных деятелей. Форма головного убора иногда также указывает на период, в котором жил покойный.
По мере изменения османской моды менялся и язык этих камней. К 19-му веку на некоторых надгробиях уже появляется феска. Будто дыхание последних веков империи окаменело в этом красном головном уборе. Длинные, без тюрбана, цилиндрические головные уборы принадлежат дервишам Мевлеви. Этот головной убор – увековеченная в камне форма знаменитой «сикке», которую носят дервиши во время сема.
Таким образом, эти надгробия – не просто могилы. Они – социальная карта османского общества. Здесь есть ученые, суфии, государственные деятели, торговцы. Каждый из них – человек, который когда-то гулял по улицам Стамбула, дышал воздухом этого города. Возможно, при жизни были те, кто из-за своего высокого положения даже не здоровался с торговцем или дервишем. Но теперь все они лежат рядом, в одной тишине, в этом старинном саду.
Прогуливаясь по кладбищу, я чувствую, что шум большого мегаполиса сюда не доходит. Издалека доносится лишь пение птиц. Тени старых камней ложатся на землю длинными линиями.
Здесь царит вековая тишина.
Будто время течет немного медленнее.
Я останавливаюсь и делаю фотографии.
На каждом камне есть надпись.
Каждое надгробие с головным убором несет в себе судьбу человека, дыхание эпохи, память империи.
Посреди всех этих безмолвных воспоминаний стоит Эйюп Султан – спокойный, гордый и величественный.
Это место, сияющее в свете рамазанского утра, словно сама душа Стамбула.
7 марта 2026
