Азербайджан объявил о своей независимости в 1991 году. Иран ответил на эту независимость не танками, а экраном – “Сэхэр Азэри” стал первым идеологическим фронтом этого ответа.
Азербайджан объявил о своей независимости в октябре 1991 года. Эта дата была не просто политическим актом для региона. Это было изменение идеологических границ. И Иран понял это быстрее всех. Именно поэтому сразу после обретения Азербайджаном независимости, в 1992 году, начал свою деятельность канал “Сэхэр Азэри”, вещающий из Ирана на азербайджанском тюркском языке. Эта последовательность событий не случайна. Это инстинктивная государственная реакция.
“Сэхэр Азэри” — это служба международной вещательной сети “Сэхэр”, принадлежащей Государственной организации радио и телевидения Исламской Республики Иран, на азербайджанском языке. Канал ведет непрерывное вещание с 1992 года, и за все эти годы его линия не изменилась. Изменилась только форма риторики. Суть же осталась неизменной: ослабить идею независимого Азербайджана, представить его не как суверенного актора, а как управляемый объект.
Здесь возникает главный вопрос: “Сэхэр Азэри” — это первый иранский медиапроект на иностранном языке? Нет. До этого Иран вел радио- и телевещание на арабском языке. Но разница здесь в другом. Вещание, ориентированное на арабский мир, строилось на основе конфессии. Шиитская идеология была основным оружием. В случае с Азербайджаном конфессии было недостаточно. Здесь объединялись национальная идентичность, государственность, язык и история. Иран впервые столкнулся с национальной идентичностью такого масштаба.
Именно поэтому “Сэхэр Азэри” стал новым этапом в информационной стратегии Ирана. Впервые Тегеран нацеливался на конкретный народ, конкретное государство и конкретную национальную память на телевизионном уровне. Примечательно, что в тот период у Ирана не было международного идеологического телевещания такого уровня ни на курдском, ни на туркменском, ни на других этнических языках. Для курдов существовали радиопрограммы, но систематическая, ориентированная на зарубеж идеологическая платформа на телевизионном уровне была создана в первую очередь на азербайджанском тюркском языке.
Этот факт ясно показывает одно. Для Ирана угрозой является не тюркский язык. Для Ирана угрозой является независимое Азербайджанское государство. Потому что это государство означает альтернативную политическую модель для миллионов азербайджанцев, живущих в Иране. Может быть государство, язык может быть государственным языком, может быть армия, может быть светская система. Эта идея подрывает идеологические основы Тегерана.
Линия “Сэхэр Азэри” также доказывает это. Канал годами повторяет одни и те же тезисы. Азербайджан якобы не суверенен. Якобы это проект Запада и Израиля. Азербайджан находится в тени Турции. Победа в Карабахе либо преуменьшается, либо представляется как региональный риск. Светская модель государства показывается как слабость веры. Иранская модель же косвенно представляется как “истинный путь”. Это классическая техника идеологического подрыва.
Иран строит стратегию в информационной войне в зависимости от языков.
Он атакует азербайджанцев через национальную идентичность. Арабскую аудиторию — через конфессию. На каналах, вещающих на арабском языке, Саудовская Аравия представляется как марионетка Запада, суннитский мир лишается легитимности, Иран показывает себя как центр оси сопротивления. То есть, азербайджанцам он ставит под сомнение государственность, а арабам продает претензии на религиозное лидерство.
В этом пункте возникает интересная асимметрия. Ведет ли Саудовская Аравия идеологическое телевещание на персидском языке, направленное на иранское общество? Нет. На государственном уровне такой стратегии нет. Саудовская Аравия ведет межгосударственную конкуренцию с Ираном, но не проводит политику разделения по языкам и этническим идентичностям. Это также показывает, что подход Ирана более агрессивен, но в то же время более опасен.
Методы “Сэхэр Азэри” также знакомы. Эти методы совпадают с теми, что когда-то использовались “Sputnik Азербайджан”, а также некоторыми западными пропагандистскими платформами. Разница в идеологии, метод тот же. Ставить под сомнение суверенитет, представлять национальные решения как внешнее влияние, создавать внутренний раскол в обществе. Канал редко называет конкретные имена. Вместо этого он создает такие категории, как “некоторые круги в бакинских СМИ”, “азербайджанские писатели, живущие за границей”, “пантюркистские аналитики”. Это классическая техника школ безопасности.
Вся эта картина наиболее болезненна из-за пробела в Азербайджане. Сегодня в Азербайджане нет институционального медиацентра, который бы систематически объяснял идею единого Азербайджана рационально, в рамках государственности, международной аудитории. Есть отдельные голоса, но нет центра. Однако создание такого центра могло бы поставить Иран в идеологически безвыходное положение. Потому что идея единого Азербайджана — это не сепаратизм, это память. Говорит не граница, а история. И Тегеран испытывает трудности с ответом на эту идею.
Идея единого Азербайджана не является военной угрозой для Ирана. Это идеологический кошмар. Потому что эта идея выходит за рамки конфессии, выходит за рамки языка, ставит под сомнение монолитность государства. Самое опасное то, что эта идея может быть представлена не как эмоциональный лозунг, а как рациональная политическая концепция.
Именно здесь находится самая слабая идеологическая точка Ирана. Режим не может примириться с национальной идентичностью. Он воспринимает этническое разнообразие только как угрозу. Он не может предложить единую, привлекательную политическую модель. Ужасные события, произошедшие в Иране в последние дни, вновь выявили эту простую истину. Именно азербайджанская идентичность наиболее открыто разоблачает эту слабость.
Если Азербайджан хочет получить преимущество на информационном фронте, он должен быть проактивным, а не реактивным. Западный механизм мышления давно это доказал. Создавать свой нарратив, сочетать факты с анализом, одновременно представлять ценность и интерес. Защищать национальную идею, не выходя за рамки государственности. Медиа должно производить не только новости, но и смыслы.
Тот факт, что “Сэхэр Азэри” действует с 1992 года по сей день, указывает на одну истину. Проблема Азербайджана для Ирана не закончилась. Просто изменилась ее форма. Сегодня проблема не в существовании Азербайджана, а в его идеологической привлекательности...
Эльбей Гасанлы,
Цюрих
