В Иране ветеран-политик Али Лариджани, объявивший о создании временного совета лидеров после смерти верховного лидера аятоллы Сейеда Али Хаменеи, вновь оказался в центре повестки дня страны. Он представлен как одна из самых влиятельных фигур в иерархии безопасности режима и в настоящее время считается фактическим правителем Ирана.
По имеющимся данным, Лариджани контролирует широкий спектр вопросов, от ядерных переговоров до региональных связей Тегерана и подавления внутренних протестов. Вскоре после того, как Вашингтон в январе ввел против него санкции за его роль в подавлении антиправительственных протестов, Лариджани возглавил усилия Ирана по заключению ядерного соглашения с США.
Modern.az напоминает, что Лариджани, родившийся в 1958 году в иракском городе Наджаф, вырос в известной духовной семье. Его отец, аятолла Хашеми Мирза Амоли, был сослан во времена шаха. После революции 1979 года семья вернулась в Иран. Лариджани получил докторскую степень по философии, а его братья занимали высокие посты в судебных и дипломатических структурах.
За свою карьеру он был членом Корпуса стражей исламской революции, а также возглавлял государственную телерадиокомпанию IRIB. Выступая в качестве главного переговорщика Ирана по ядерным вопросам в 2005–2007 годах, Лариджани решительно отстаивал право Тегерана на обогащение урана.
Политик, занимавший пост председателя парламента в 2008–2020 годах, также сыграл активную роль в процессе ядерного соглашения, подписанного между Ираном и шестью мировыми державами в 2015 году. США вышли из этого соглашения в 2018 году по решению президента Дональда Трампа.
В 2021 году Хаменеи назначил Лариджани ответственным за переговоры по 25-летнему соглашению о стратегическом сотрудничестве с Китаем. В последние месяцы его визиты как в Оман, так и в Москву, а также прагматичные заявления о возможных переговорах с США привлекли внимание. В интервью оманскому телевидению в феврале Лариджани заявил, что обеспокоенность США по поводу ядерного оружия может быть устранена путем переговоров. При этом он также подчеркнул, что ядерная программа Ирана “никогда не может быть уничтожена”.
На фоне протестов, начавшихся в декабре 2025 года и считающихся самым серьезным вызовом для власти с 1979 года, роль Лариджани привлекла особое внимание. Согласно решению США о санкциях, он был одной из ключевых фигур в подавлении январских протестов. Сообщается, что после этих событий он укрепил свои связи со структурами безопасности и командирами КСИР.
Источники утверждают, что после январских событий Лариджани взял кризис под контроль, фактически ограничив полномочия избранного правительства и отстранив президента Масуда Пезешкиана от процесса. Таким образом, он стал ключевой фигурой, напрямую управляющей отношениями страны как с союзниками, так и с противниками.
Поскольку Лариджани не является духовным лицом, он формально не может быть кандидатом на пост верховного лидера. Однако аналитики полагают, что в случае смерти Хаменеи преемственность духовного режима в стране может оказаться под вопросом, и такой более светский, сторонник жесткой линии политик, как Лариджани, может прийти к власти. Это может привести к переходу иранской политики в более милитаристскую и труднопредсказуемую фазу.
