В годы моей юности, представленный мне отцом, одной из самых выдающихся фигур нашей недавней истории, выдающийся общественно-политический деятель Азербайджана и Турции, великий мыслитель, писатель, публицист, тюрколог и основатель либерального кемализма Ахмед-бей Агаоглу, состоялась презентация новой книги...
Для меня Ахмед-бей Агаоглу означает соратника Ататюрка, для меня Ахмед-бей Агаоглу означает Турцию, для меня Ахмед-бей Агаоглу означает Республику.
По этой причине я принял участие в программе презентации книги неутомимого и плодотворного исследователя истории нашей Республики Дильгама Ахмеда «Мыслитель между Востоком и Западом. Ахмет Агаоглу», которая проходила в древнем месте в городе, где Восток встречается с Западом – в Стамбульском университете...
За полтора часа до начала, войдя через ворота Везнеджилер исторического университета, я прогулялся по пышному зеленому саду, чья тишина напоминала Гайд-парк в Лондоне. В этом пышном зеленом парке, где я гулял, когда-то преподавал в университете Ахмед-бей, а позже его дочь – первая женщина-адвокат и первая защитница прав женщин Турции, писательница Сурейя Агаоглу гуляла и дышала этим историческим воздухом Стамбула с той же любовью к возрождению.
Пройдя мимо здания ректората, я свернул налево от исторической башни Баязид – к юридическому факультету. Купив чай и изюмное печенье в столовой перед факультетом, я присоединился к будущим юристам. Не знаю, существовала ли эта столовая во времена Сурейи ханум? Сидела ли она здесь и пила чай?.. ...Но я не смог выпить свой чай, странное чувство, застрявшее в горле, не позволило...
Будущие адвокаты и судьи взволнованно готовились к промежуточным экзаменам. Я тихо достал свой блокнот и записал эти заметки...
Полагаю, было бы неправильно просто изложить увиденное сегодня как «новость». Потому что произошедшее гораздо масштабнее и глубже, чем просто презентация книги. Это попытка вновь встряхнуть общую память двух стран, сохранить ее живой. Написание новостей о таких гигантах, как Ахмед-бей Агаоглу, часто второстепенно; главное – понять и объяснить его масштаб.
Ахмед-бей Агаоглу был не просто мыслителем. Он – мыслительная карта Азербайджана и Турции, целой нации. Он – наш первый великий интеллектуал, пытавшийся построить мост между Востоком и Западом. Он родился в Шуше, но сформировался как мыслитель в Париже. Легендарный Сорбоннский университет был для него не просто учебным заведением; Париж был для него не жемчужиной Европы, а миром, изменившим его мыслительный механизм. Здесь Ахмед-бей до мозга костей усвоил европейский либерализм, индивидуализм и философию правового государства.
Однако он не слепо подражал этим идеям; он столкнул ценности, усвоенные в Европе, с суровыми реалиями восточного общества. Интеллектуальная мощь Агаоглу проявлялась в трех важных направлениях:
1. Смелость мысли
Он не романтизировал проблемы Востока. Он заявлял, что корни нашей отсталости кроются именно во внутреннем кризисе нашей культуры. Для консервативной среды того времени это была крайне радикальная позиция.
2. Системный подход
Он был не только публицистом. Государство, право, женская свобода, образование – все это он рассматривал как единый проект модернизации.
3. Способность объединять два мира
Он не был ни полностью восточным, ни полностью западным. Он был редкой «переходной фигурой». Хотя таких личностей в истории немного, их влияние простирается на века.
Для Азербайджана Агаоглу – один из интеллектуальных столпов национального пробуждения;
А для Турции он вовсе не был «мыслителем, пришедшим извне»; Он был одним из интеллектуальных архитекторов нового государства, близким соратником, непосредственно влиявшим на мысли Мустафы Кемаля Ататюрка.
Вопросы, поднятые Агаоглу в свое время, сохраняют свою актуальность и поныне:
– Может ли Восток модернизироваться, или он будет просто подражать Западу?
– Должна ли свобода рождаться изнутри культуры?
– Государство формирует личность, или личность формирует государство?
Ни один из этих вопросов до сих пор не нашел полного ответа.
Главный вывод, который я сделал из книги Дильгама Ахмеда, таков: мы все еще находимся внутри того грандиозного диалога, который начал Агаоглу.
Выступавшие на презентации – от ректора Стамбульского университета до гостей из Баку, от неутомимого исследователя нашей недавней истории Дильгама Ахмеда до советника посольства нашей страны в Турции Физули Меджидли, который отличился чрезвычайно сбалансированным, научным выступлением – все говорили об этом наследии.
Я сидел рядом с Йешим Агаоглу. Йешим ханум, искусствовед, является правнучкой брата Ахмед-бея Агаоглу. После презентации возникла необходимость поделиться той исторической тяжестью, что возникла в наших душах, немного поговорить.
Взяв с собой ее спутницу, Леман ханум, мы вместе вышли через ту историческую арочную дверь, которая до 1933 года называлась Дарульфунун-и Шахане. Пройдя от Баязида к Чемберлиташу, мы спустились к Айя-Софии. По пути мы с уважением вспоминали наших общих друзей, правнука Ахмед-бея Ахмета Агаоглу, Нигяр ханум Ахундову и других дорогих друзей.
Мы долго беседовали в чайном саду, расположенном перед обелиском на площади Султанахмет, напротив Айя-Софии. Поднимаясь, я посмотрел на Йешим ханум и осторожно произнес ту великую истину, что была у меня внутри: «Знаете ли вы, что модель Республики Великому Ататюрку принес Ахмед-бей Агаоглу?»..
На глазах у Йешим ханум были солнцезащитные очки... За темными стеклами я почувствовал, как ее глаза наполнились слезами...
Великие люди не только пишут историю, но и оставляют в наследство великие вопросы, ответы на которые будут искать на протяжении всей истории.
