Фазаил Ибрагимли: "У меня нет ни одного дополнительного источника дохода, ни одной дополнительной сотки земли"
"Были те, кто вмешивался в наши отношения с Фазаилом Агамалы"
"В 2005 году Рамиз Мехтиев помешал моему избранию депутатом"
Депутат Милли Меджлиса II, III, IV, V и VI созывов, заместитель председателя Партии гражданской солидарности Фазаил Ибрагимли Modern.az дал обширное интервью сайту. Представляем интервью с депутатом:
- Фазаил муаллим, мы встречаемся с вами после пленарного заседания. Вы не устали?
- Человек устает от того, что ему не нужно. Если спросить N-ное количество людей, от чего они не устают, каждый скажет что-то свое. Но у этого вопроса есть один ответ: человек не устает от возраста.
- На сколько лет вы себя чувствуете?
- Рядом с внуками я чувствую себя дедушкой, рядом с детьми – седовласым отцом, когда один – молодым человеком, рядом со студентами – молодым.
- Интересно, что привело вас в область истории?
- Моей мечтой было стать профессором. Со мной училась девушка по имени Ахуна. Мы сидели в одном ряду, но я был на год младше ее. А в студенческие годы девушки не придают значения тем, кто на год младше. Я задал вопрос, она ответила равнодушно. Я сказал: Ахуна, веди себя так, чтобы в будущем, когда твои дети придут к профессору Фазаилу, я хорошо к ним отнесся. Она ответила мне с юмором. Прошло 30 лет, когда я выходил из кафедры в Бакинском государственном университете, я увидел, что у двери стоят две красивые девушки. Они сказали: мы пришли к вам, в то время вы обещали нашей маме, что если ее дети придут ко мне, я им помогу. Я спросил, кто их мама, и узнал ее, когда они назвали имя Ахуны. Я сказал, что ваша мама дала вам неверную информацию. Я сказал ей, что если она будет хорошо себя вести, я помогу. Одна из них была бойкой, спросила: она плохо себя вела? Я сказал: нет. У девушек были задолженности, я помог, и их проблемы были решены.
У меня было большое желание учиться. Мои учителя были хорошими, фактор учителя сыграл большую роль в моей жизни.
- Кого вы считали своим образцом в этой области до того, как стать депутатом?
- Если я скажу, что годами думал о том, чтобы стать депутатом, это будет ложью. Я был идеологическим секретарем в Партии гражданской солидарности. Моя кандидатура была выдвинута от партии. До этого я не знал ни одного депутата. Когда я пришел в Милли Меджлис, это было не так, как сейчас. Сейчас все знают даже размер обуви депутата. В то время это был закрытый мир. Придя, я некоторое время изучал имена.
- Не было ли трудно?
- Кто скажет, что все сразу становится легко, тот ошибается. Примерно три месяца я вообще не говорил. Учился. Через три месяца уже начал говорить. Со второго года моего избрания я начал занимать места в номинациях, проводимых Союзом парламентских журналистов. На второй год моего избрания депутатом я стал победителем в номинации “Самый смелый депутат”. На четвертый и пятый год я стал победителем в номинации “Самый активный депутат года”. Для депутата решающий момент заключается в том, чтобы его слова соответствовали делам. Если кто-то говорит о взяточничестве, но сам занимается этим, это означает его саморазоблачение. Глаза народа – это весы.
- А депутаты, впервые избранные в VII созыве, стремились чему-то у вас научиться?
- Они думают, что знают больше нас.
- Как вы оцениваете авторитет депутата в обществе?
- Это вы можете знать лучше. Но и я хорошо знаю, все ясно.
- Вы тоже депутат. Вас это беспокоит?
- Конечно. Мы члены одной семьи. Все носят одно и то же имя. Если я смеюсь над неудачей какого-либо депутата, значит, я смеюсь над собой. Но каждый понимает эти вопросы по-своему. Кто-то считает, что это прошло мимо меня и задело моего брата. Мы все объединены словом "депутат". Сегодня все смотрят на депутатов одинаково, но нельзя смотреть одинаково. У каждого свой характер, свои мерки, своя биография, свой образ жизни. Человек должен отчитываться перед своей совестью и перед Богом. Если чей-то ребенок вытворяет тысячу фокусов, а он приходит и говорит о воспитании, то, конечно, общество этого не примет.
В обществе бытует мнение, что во всем, что происходит в Азербайджане, виноват депутат. Расскажу один пример: в нашей деревне у одного учителя было 8 детей. Все 8 детей выросли избалованными. Их психология была такова, что куда бы они ни пошли, что бы ни попало им в руки, они брали. Рядом с ними жила наивная женщина. Они столько всего взяли со двора, что женщина крепко заперла дверь туалета. Однажды к ним приходят гости, они играют в нарды. Проигравшая сторона громко говорит, что у этой кости нет шеша (шестерки). Та женщина, не зная, что это такое, говорит, что дети такого-то украли. Сформировалось мнение, что что бы ни было украдено, чего бы ни не хватало, это дело рук тех детей.
Сегодня депутаты похожи на тех детей. Зарплата не растет, депутат не повышает зарплату, в здании произошел пожар – виноват депутат, нет газа, света – это сделал депутат. Депутаты не знают юридической стороны информации о статусе депутата. Один профессор в Бакинском государственном университете говорит мне: когда вы повысите нашу зарплату? Если профессор не знает работы депутата, что уж думать о других?
- Вы доступны для своих избирателей? Буду рад, если поделитесь одним запомнившимся обращением...
- Мой номер есть у всех моих избирателей. Я не убегаю и не прячусь. Однажды из Джалилабада позвонили и сказали, что у меня пропали 4 коровы. "Я тебя выбрала, будь добр, приди, найди их". Я сказал, что сегодня у меня дела, приду завтра. Мои слова ей не понравились. Потом я поставил себя на ее место и сказал: дайте мне 1 неделю. Если ваши животные не найдутся, я куплю этих коров для вас, пусть даже в кредит. Я позвонил в районное отделение полиции, объяснил ситуацию. Сказал: либо найдите и верните коров, либо их деньги. Если дело не решится, я сообщу в министерство. Через три дня эта женщина позвонила мне. Сказала "я готова пожертвовать собой ради тебя, двух привели живыми, а за двух – деньги". Люди такие, это наша работа. Я не говорю, что я фрагмент из фильма "Цветок в пыли", но если есть что-то, что я могу сделать, я должен это сделать. Если бы я рассматривал эти вопросы в правовой плоскости, я бы сказал: "Потрудитесь обратиться в полицию". Я знал, что если я не вмешаюсь в это дело, то "тесто возьмет много воды" (т.е. дело затянется). Такое часто случается в нашей жизни.
- Вы заявили, что если понадобится, возьмете кредит. Разве у вас нет возможности купить 4 коровы для сельского жителя?
- Если скажу, что нет, вы все равно не поверите. Если скажу, что есть, совру. У каждого свой бюджет. Журналисты сами знают, каково материальное положение каждого депутата.
- Мы вас не знаем...
- Вы меня не знаете, потому что нельзя знать то, чего нет. Молле Насреддину сказали: "Твой сын упал, и ум вылетел из его головы", а он ответил: "Разве такое бывает? У него ума не было, интересно, что же вылетело из его головы?"
Я живу серьезной жизнью. Очень доволен и своим Богом, и своими избирателями, и оказанным доверием. Когда человек говорит о себе, это выглядит нескромно. О тебе должны говорить другие. Моя нынешняя трехкомнатная квартира в Баку была предоставлена господином Президентом. Кроме нее, у меня нет второго места жительства, ни одного дополнительного источника дохода, ни одной дополнительной сотки земли. В таком случае, как я могу быть богатым? В Ярдымлы у трех братьев был один отчий дом. В 2002 году Ильхам Алиев был вице-президентом Государственной нефтяной компании, и с его помощью этот дом был восстановлен. Пусть Аллах воздаст ему за его деяния через его детей.
- Фазаил муаллим, вы верующий человек? Вы часто упоминаете имя Аллаха, когда говорите...
- Есть глупая поговорка, которая гласит: Сиди там, где нет Бога, но не сиди там, где нет старшего. Разве может быть старший там, где нет Бога? Это слова дьявола. У меня есть своя, особенная вера в религию. Я никогда не буду говорить против религии. Мои родители “Аллаху Акбар” со словами ушли из жизни. Я вырос в религиозной семье, открыв глаза, я слышал эти слова. Но в своих мыслях я стремился глубже изучить философию определенных вещей. То, чем я сегодня недоволен, это клевета, возводимая на Аллаха. Моя религиозность направлена против клеветы на Аллаха. Сколько бы событий ни происходило на земле, все сваливают на Аллаха. Происходит авиакатастрофа - это дело Аллаха, тонет корабль - это сделал Аллах. Аллах не тот, кто сбивает самолеты и топит корабли. Нужно правильно понимать Аллаха. Все связывают с волей Аллаха.
- Я так понимаю, что вы до сих пор ничего не просили у Аллаха. Я ошибаюсь?
- Просил.
- Что вы хотите сейчас?
- Сейчас ничего конкретного нет. То, что я всегда прошу у Аллаха, это чтобы меня несли на плечах мои дети. Я прошу об этом каждый день, всегда. Для родителя нет ничего важнее этого.
Все остальное прекрасно. Мои ровесники сильно постарели. Среди своих студентов я очень счастлив и молод. Я очень здоров, никогда в жизни не курил и не пил. Я очень доволен тем, что имею. В нашей священной книге есть один момент, который гласит: когда видишь тех, кто ушел раньше тебя, и хочешь проклинать, не спеши, обернись назад, и увидишь, что ты далеко впереди. И будешь молиться. Если я депутат, то у кого-то есть большая компания. Пусть ему будет во благо. Однажды мы ехали в Милли Меджлис, у меня была машина “ВАЗ 2107”. Я был единственным депутатом, который приезжал на заседание на этой машине и сам ее водил. Один человек спросил: "Почему так?" Я ответил: "У каждого своя судьба". Есть люди, которые приезжают на “Джипе”, но на заседании сидят как немые. Мой же “Джип” – это говорить, высказывать свое мнение. Каждому дается что-то свое. Если бы Аллах дал мне и знания, и “Джип”, и богатство, баланса бы не было. Поэтому я всем доволен, мое настроение всегда приподнятое, и я стараюсь не излучать негативную энергию вокруг себя.
- Кстати о выступлениях в Милли Меджлисе, кажется, до VII созыва, особенно в период, когда вы были вице-спикером, у вас были резкие выступления. Но в последнем созыве мы видим вас спокойным...
- Это было во времена покойного Муртуза Алескерова, я сказал, что хочу сделать объявление: у кого есть камни в почках, пусть едет в Южный регион. Там такие дороги, что камни из почек выпадут без всякого врача. Теперь дорога, которая занимала 8 часов, занимает 2 часа. Газ, свет – все на месте.
- Значит, вы спокойны, потому что считаете, что проблемы решены?
- Нет. Проблемы не решены. Знаете, у певца, как и у депутата, есть свой период. Я всегда говорил о вопросах научного характера, когда был вице-спикером, у меня было много выступлений. Сейчас я рядовой депутат, то, что я хочу сказать, говорится справа и слева от меня. У меня нет намерения снова вставать и приделывать новую ручку к старому мешку. Я не говорю о проблемах местного характера. Допустим, в моем округе есть проблема с дорогой. Там нужен был светофор. Я обратился с официальным письмом в соответствующую структуру, проблема была решена за 20 дней. Если я приду на пленарное заседание и скажу, что в таком-то селе нет светофора... Если твои слова были сказаны несколько раз, но не прилипли к стене, как орех, то их можно вынести на повестку дня. У меня таких проблем нет. Я встречаюсь с избирателями. Вместе с главой района мы обращаемся в соответствующие структуры. Проблемы, которые можно решить, я никогда не поднимаю в Милли Меджлисе. Кто-то только пришел и говорит: "Я тоже здесь". У кого-то действительно стрела попала в камень, и он не смог добиться своего, он говорит об этом там. Кого-то обижают, и он выносит этот вопрос на повестку дня, продвигая свои реакционные идеи под флагом демократии. У меня свой стиль работы. Поэтому голос Фазаила – это все тот же голос. Просто когда ты на своем месте, знаешь свою ценность, твой голос доходит до адресата лучше.
- Ваши выступления в парламенте в ряде случаев связывают с должностью вице-спикера. Считаете ли вы, что это связано с должностью?
- Нет. Я говорил лучше до того, как стал вице-спикером. Парламент Ирана обращался к парламенту Азербайджана, заявляя, что ваше решение направлено против нас. Тогда я выступил с резким заявлением. В период вице-спикерства я не говорил о проблемах с газом и светом. Я вмешивался в вопросы внешней политики, в вопросы, которые наносили ущерб нашему государству. Я не говорил о включении-выключении света. В глобальных вопросах я всегда был у микрофона. И сейчас, если понадобится, если будет какой-либо шаг против нашего государства, я могу высказаться. Я никогда не говорю об экономических вопросах. Человек, говорящий о том, чего не знает, выглядит невысоким. Его называют "всезнайкой". Я никогда не говорил, не говорю и не буду говорить о вопросах, которых не знаю. Чтобы говорить правильно, нужно что-то знать. Правда, сейчас есть и те, кто говорит обо всем. Журналист идет в деревню и говорит об организации спорта, экономист – об истории, историк – о чем-то другом. Такое тоже бывает, но это не принимается. Твои слова должны иметь вес.
- У вас были выступления, касающиеся конкретных лиц, депутатов. Например, вы сказали Вахиду Ахмедову: "Возьми свой мандат и уходи отсюда". Интересно, вы потом помирились?
- Мы с Вахидом Ахмедовым не воевали. Просто шла дискуссия, и я высказал свое мнение. Я не был его врагом и не являюсь им сегодня. После этого мы ни разу не встречались лицом к лицу. Если встретимся, я могу с ним и увидеться. Вахид Ахмедов не враг народа. Просто были определенные тонкие моменты, наши позиции расходились. Он говорил, что прав он, а я говорил, что прав я, а не он. Здесь были и определенные вопросы государственности. Вахид Ахмедов – достаточно умный человек. Он прошел все испытания в период независимости, работал со всеми властями. У меня нет врагов в Азербайджане. Настоящая вражда бывает из-за денег и чести. Слава Аллаху, в этом отношении я очень чист.
- Как вы отнеслись к тому, что Вахид Ахмедов не был переизбран депутатом?
- После тех событий мы не встречались лицом к лицу. Если бы он был переизбран, я бы пожал ему руку и поздравил.
- Думали ли вы потом, что выступили эмоционально?
- Я не думал, что сказал что-то неверное, но думал, что сказал это эмоционально. Некоторые вещи можно было сказать спокойнее, сдержаннее, но я сделал это резко. Я всегда критически относился к себе. Но поскольку я говорю с внутренним порывом, я даже не знаю, как говорить. Потом, посмотрев, я говорил, что мог бы быть спокойнее. Глядя на свои выступления, я вижу, что выгляжу очень нервным, очень напряженным.
- У вас время от времени возникали споры с Малахат Ибрагимгызы, Рази Нуруллаевым. Они и сейчас ваши коллеги. Вы общаетесь?
- Я со всеми дружу. Я не открывал против них враждебного фронта. Просто я указывал на моменты, с которыми не соглашался.
- У вас был серьезный спор с недавно скончавшимся Фазаилом Агамалы. Вы говорили, что он так “вспахал” имя “Фазаил”, что я долгие годы занимаюсь очисткой этого имени...
- С ним тоже был спор. Но самая прекрасная сторона Ислама в том, что когда человек умирает, и из его уст выходит слово “Ля иляха илляллах” (Нет божества, кроме Аллаха), Аллах прощает его грехи. Говорить что-либо, кроме как молиться за упокой души каждого ушедшего из жизни человека, – грех. Мы были товарищами в аспирантуре. Он учился заочно, я – очно. У братьев тоже бывают словесные перепалки дома. В то время и между нами были те, кто вмешивался. Они передали совершенно неверную информацию. Впоследствии мы выступали эмоционально. Но вскоре мы пожали друг другу руки, встретились. По крайней мере, он мой тезка. Я желаю его детям здоровья от Аллаха. Он был человеком, который достаточно боролся и сражался в жизни. Именно поэтому его здоровье ухудшилось. В его характере была странная рыцарственность. Иногда мы видели, что нас путают, потому что у нас одинаковые имена.
- Как получилось, что вы помирились?
- Нам не нужен был посредник. На следующий день мы встретились лицом к лицу, поговорили, помирились. Он спросил: “Как дела, тезка?” Это была перепалка на сайте.
- Вы были на похоронах?
- Конечно. Почему бы и нет...
- В VII созыве Милли Меджлиса вице-спикером от Партии гражданской солидарности стал Рафаэль Гусейнов. В VI созыве им были вы. Как вы оцениваете его деятельность сейчас?
- У меня есть право не отвечать на некоторые вопросы. Мы из одной партии, не должны говорить друг о друге.
- Ваши отношения хорошие?
- Все в порядке.
- В любом случае, уход с поста вице-спикера и назначение на эту должность другого человека из той же партии, как бы мы ни относились к этому с пониманием, морально нелегко для человека...
- Не нужно затрагивать чувства. Если человек, ушедший с должности, скажет, что хорошо, что я ушел, он смеется и над собой, и над вами. Это человеческое чувство. Эти чувства испытывают все. Если бы я совершил преступление или допустил политические ошибки в период вице-спикерства, я бы сказал, что хорошо отделался. Но я выполнял свою работу добросовестно. Мой образ жизни не изменился, я не думал о своем материальном положении. Я с честью выполнил свой долг перед своим государством, народом и Президентом.
- Некоторое время назад на конференции в Милли Меджлисе вице-спикер Рафаэль Гусейнов, модерировавший мероприятие, прервал выступление приглашенного на мероприятие для обсуждения норм азербайджанского языка бывшего депутата, Народного поэта и председателя партии Сабира Рустамханлы и не дал ему снова слова. Это вызвало серьезное недовольство в партии. Ваше отношение к этому вопросу как бывшего вице-спикера, депутата и заместителя председателя партии интересно...
- Рафаэль Гусейнов после того инцидента получил выговор за свою ошибку. Сабир Рустамханлы для меня прежде всего аксакал, первый Народный поэт моего края, Ярдымлы. Сабир Рустамханлы более известен и любим в тюркском мире. Его творчество – это целый мир, он на 5 лет старше меня, он руководитель партии, и я пришел сюда из этой партии. Человек должен очень внимательно относиться к пройденному пути. Он допустил ошибку. Сабир Рустамханлы 50 лет борется за язык. Но он сам не хотел, чтобы ему выносили выговор. Вопрос подняли представители партии из 20 районов. Они сказали, что если ему не будет вынесен выговор, мы выйдем из членства партии.
- Когда Сабир муаллим не участвовал в последних парламентских выборах, и вместо него была выдвинута кандидатура его жены, члена партии Танзилы Рустамханлы, этот вопрос обсуждался в обществе. Как партия отнеслась к этому решению?
- Это было решение самого Сабира Рустамханлы. Если он сам не шел на выборы, то кто-то должен был идти. Было решено, что пойдет его жена, госпожа Танзиля.
- Как вы оцениваете деятельность вашей коллеги по столу в Милли Меджлисе, Танзилы Рустамханлы?
- Очень хорошо, мы сидим вместе, советуемся. Госпожа Танзиля, еще до того как стать членом Милли Меджлиса, была достаточно известной общественной деятельницей, представлявшей Азербайджан в тюркском мире. Ее общественная деятельность здесь была закреплена избирательным органом. Танзиля Рустамханлы – достаточно известная личность. Она не пришла сюда прямо из дома и не села. Вся ее деятельность была оценена.
- Кажется, занять место Сабира Рустамханлы – это немного сложный вопрос.
- Она не заняла его место, она облагородила его место. Мне кажется, это только начало, второй год. Танзиля Рустамханлы еще очень хорошо проявит себя как депутат в азербайджанском обществе.
- Вы также преподаватель, как у вас отношения со студентами?
- Я никогда не зависел от студентов. Перед ними мое лицо чисто. Я жил очень гордо. Ни перед кем не опозорен. Ни вчера, ни сегодня, и, если даст Бог, ни завтра.
- Фазаил муаллим, интересно, были ли те, кто просил вас устроить на работу, как преподавателя, так и депутата?
- Как депутат, я ни одному чиновнику не звонил и ни о чем не просил. Но мы не деревья, растущие в пустыне. Я должен просить что-то для своих детей, должен просить что-то для ребенка моей печальной сестры. А есть еще быть посредником. Устраивать кого-то на работу, чтобы заработать. Это невозможно. В наши студенческие годы была другая атмосфера, сейчас нет вопросов по поручениям. Те, кто учился из Ярдымлы, приходили ко мне, я помогал. Это было местничество, но без материальной выгоды.
- Хотя вы родом из Ярдымлы, вы являетесь депутатом 73-го избирательного округа Масаллы-Джалилабад. Но регионы таковы, что они помнят депутата не по округам, а по району. Число депутатов, представляющих эти регионы, немало: Машхур Мамедов, Джаваншир Пашазаде, Муса Гасымлы, Эльман Насиров, Малик Гасанов. Интересно, если мы поедем в Масаллы и Джалилабад и спросим людей, кто их депутат, чье имя они назовут?
- Зависит от того, куда вы пойдете. На базар, или в библиотеку, культурный центр, школу. Возможно, человек на базаре меня не узнает, если спросить у представителей разных слоев, они дадут разные ответы. Однозначного ответа дать нельзя.
- Когда вы едете в регион, с представителями каких слоев населения вы встречаетесь?
- Я провожу встречи по селам, а не по слоям населения. Я спрашивал об их бедах, проблемах.
- А когда вы едете в район, вы не посещаете базар, чайханы, где собирается много людей?
- Я с детства не хожу в чайханы. Депутат не должен ходить на базар и притворно встречаться с людьми, он должен работать над улучшением их условий. Я много раз бывал на базаре, когда меня узнают, хотят продать дешевый товар дешево, я говорю: нет, продавайте дорого. Иной раз видишь, как кто-то со стороны говорит "это наш депутат". Но мое прежнее сравнение остается в силе: сто процентов работающих в школе меня узнают, а про тех, кто на базаре, я того же сказать не могу. Человек должен говорить честно.
- Некоторое время назад в СМИ распространилась информация, что Фазаил Ибрагимли сейчас так спокоен, потому что не будет участвовать в следующих выборах. Вы также сказали, что у всего есть свой срок. Насколько верна эта информация? Вы думаете завершить свой депутатский срок?
- Если студенты тебя не слушают, ты не должен работать учителем. Если ты хирург, и у тебя дрожат руки, ты должен отказаться. Если ты депутат, и не будешь работать с энтузиазмом и энергией, ты не будешь продолжать эту работу. Уже сейчас среди людей ходят слухи, но я об этом даже не думал. Я не думаю о конце своей жизни.
- По-вашему, если вы не будете депутатом, это будет концом вашей жизни?
- Те, кто распространяет информацию, думают, что это вышло из ряда вон. Получается, что стучат в дверь... Это мышление должно исчезнуть. Да будет благословен, Зияду Самедзе 85 лет, мы даже не можем за ним угнаться. Это доля судьбы. Прошло всего два года, если спросите об этом в последний год, я смогу ответить. Если я сейчас скажу, что не буду участвовать, а потом выдвину свою кандидатуру, я буду лжецом. Если скажу, что буду участвовать, а потом что-то случится, и я не буду участвовать. Жизнь человека иногда меняется за 6 месяцев, не говоря уже о 3 годах.
- В одном из своих выступлений вы сказали, что у вас есть один мандат и один диплом...
- В то время я говорил о премьер-министре Артуре Расизаде. Я сказал: "Артур Расизаде – это школа чиновников, о вы, окружающие его, пройдите эту школу, научитесь". Потом я сказал, что вы подумаете, что я подлизываюсь к премьер-министру. Но к чему мне подлизываться, у меня есть один мандат и один диплом. И их у меня нельзя отнять. После этого я говорил о Гаджибале Абуталыбове. Я сказал, что тот, кто смог с ним встретиться и поговорить, попадет в “Красную Книгу”...
- Гаджибала Абуталыбов потом вам звонил?
- Нет. Они очень хорошо знали, что я не выполняю чьих-либо заказов. Поэтому они никогда меня не обижали. В то время, когда Рамиль Усубов был руководителем, я критиковал полицию художественным языком, используя басню Гасым бека Закира. Через некоторое время после этого мы встретились с Рамилем Усубовым, он подошел, пожал мне руку и сказал: "Здорово сказал, мне понравилось это стихотворение".
- Вы критиковали чиновников...
- Всегда это делал. Не было такого чиновника, о котором бы я не говорил. У меня не было к ним просьб, чтобы я был опозорен перед ними. Если было плохо, я говорил о плохом. Теперь вы видите, в каком положении оказались те чиновники... Да смилуется Аллах над теми, кто был рядом, министр сельского хозяйства присвоил 5 миллионов манатов, отношения между Азербайджаном и Турцией ухудшились. Я вынес это на повестку дня.
- Кого вы критикуете сейчас?
- Сейчас это не моя миссия. Другие говорят, обсуждают.
- Кстати о бывших чиновниках, тогда Сабир Рустамханлы выступал против Рамиза Мехтиева. Каковы были ваши отношения с ним, критиковали ли вы его прямо или косвенно?
- Отношения Сабира Рустамханлы с Рамизом Мехтиевым переросли в его отношение к нашей партии. В парламенте между ними тоже был спор. Затем, в 2000 году, я был избран депутатом. В 2005 году Рамиз Мехтиев серьезно помешал моему избранию депутатом от нашей партии. Я не был депутатом 6 месяцев. На самом деле, сейчас я не хотел бы об этом говорить, потому что сейчас все говорят против Рамиза Мехтиева. В то время Михаил Забелин стал депутатом от моего округа. Я последний азербайджанец, подвергшийся русской оккупации. Было 10 свободных мест, в мае я снова выдвинул свою кандидатуру и был избран. А Сабира Рустамханлы Рамиз Мехтиев "ударил" в 2015 году, не дав ему стать депутатом. Его отношение к нашей партии, к нам было очень плохим. Я никогда не встречался с ним лицом к лицу, мы не виделись, просто его отношение к Сабиру Рустамханлы распространялось и на партию, и на меня.
