С 2014 года ежегодно в преддверии Ходжалинского геноцида я получаю звонки из разных стран мира. Они просят книгу “Невыросшие дети”, которая рассказывает о “25 детях”, оба родителя которых были убиты во время Ходжалинского геноцида (самый младший из этих детей в возрасте Ходжалинского геноцида).
Я уверен, что если бы эту книгу написал кто-то другой, звонки поступали бы ему. Точно то, что этот звонок поступает не автору, а “Невыросшим детям”. Это также показывает, что “Невыросшие дети” стали вечным атрибутом Ходжалинского геноцида.
Я чувствую, что эта книга больше, чем текст, она не только напоминает о событии, но и объясняет его.
Я вижу, что книга “Невыросшие дети” — это именно такой сборник, название такой ответственности. Эта книга выдвигает на первый план самый суровый, впечатляющий, убедительный слой Ходжалинского геноцида.
Этот слой — дети, детские свидетельства. Детские свидетельства — это самая чистая форма факта, далекая от эмоциональных аргументов. Потому что детские свидетельства иногда выражают самое тяжелое предложение самыми простыми словами. Как говорится, они не “комментируют”, а “показывают”.
Хотя я сам являюсь автором книги, не знаю почему, я часто ее листаю и каждый раз вижу что-то новое. Главный момент здесь в том, что ужасные жизненные истории 25 детей дополняют друг друга. Виден общий корень 25 судеб.
В этой книге видно, как одна ночь распространилась на сотни дней, как одна травма жила десятилетиями. Самое ужасное, что в книге становится ясна разница между “старением” и “взрослением”.
Именно эта разница закодирована в названии книги и передает послание памяти общества. Чтобы донести это послание до мира, одной ручки было недостаточно, требовалась системная поддержка. Системная поддержка была обеспечена по линии Фонда Гейдара Алиева.
Ходжалинский геноцид произошел в ночь с 25 на 26 февраля 1992 года. Для меня эта дата также является названием времени, остановившегося внутри 25 детей. В ту ночь родители 25 детей были убиты на их глазах. Произошедшее включает в себя не только смерть, но и ранение будущего. Выражение “будущая жизнь была расстреляна” может звучать художественно. Но оно имеет точность как социальная реальность. Потому что будущее ребенка строится на существовании семьи. Когда семья разрушается, разрушается и завтрашний день.
Я пережил “остановку взросления”, когда писал эту книгу. Эти 25 детей показывают тот момент детским языком, представляя его обществу как сигнал. Выход этого сигнала на глобальную аудиторию был систематизирован по линии Фонда.
Честно говоря, на самом деле эта книга была написана случайно. Но необходимость внутри случайности проявила себя.
В 2013 году мы брали интервью у Мехти из Ходжалы. Оба родителя Мехти, его братья были убиты в Ходжалы. То, что он рассказывал, было ужасом. Пока Мехти говорил, время останавливалось, холод февраля возвращался, и невидимая истина становилась ясной. Эта истина заключалась в том, что, хотя ему было за 30, он все еще был ребенком, не вырос, остался ребенком. Мехти сказал, что он не одинок в этом состоянии. Он сообщил, что есть еще 25 таких детей, 25 детей остались в той же ночи. После этой фразы идея книги стала необходимостью.
Затем мы взяли интервью у Хазангуль, которая разделяла ту же боль, что и Мехти. Ее рассказ леденил кровь. Детские свидетельства не приукрашивали событие, а передавали его таким, каким оно было. Я знал, что детский язык — самая убедительная форма информации. Именно по этой причине концепция книги была построена на “детском языке”. В таком случае концепция становится сильной как с этической, так и с коммуникативной точки зрения. Универсальное понимание является основным условием для международного распространения. Международное распространение не ограничивается идеей, оно требует ресурсов и координации. Основу этих координационных линий составила линия Фонда Гейдара Алиева.
Я решил, что истории одного человека недостаточно, и создал систематический сборник из 25 историй. Мы отдельно выслушали историю каждого ребенка, отдельно уточнили его воспоминания.
Мысль о встрече с этими детьми в одном месте не давала мне покоя, и, наконец, мы провели такую встречу перед Дворцом Гейдара Алиева. Эта встреча произвела на меня более тяжелое впечатление, чем сам Ходжалинский геноцид. На встрече было “после” геноцида. Было молчание, которое несли годами, было разорванное детство. Оказалось, что они были разлучены в возрасте 2, 3, 4, 5, 6 лет. Многие не знали друг друга. Они начали знакомиться. Это было ужасно, “Это ты был в детском саду”, “Тот ребенок был ты”, “Это был я” — говорили некоторые. Так началось знакомство. Затем объятия, плач... Этот плач был голосом памяти.
Превращение их историй в книгу было тяжелым процессом. Слушать их было невыносимо, в тот момент я думал о них. По мере того как они говорили, они возвращались в ночь с 25 на 26 февраля 1993 года, переживая геноцид заново. Это было очень мучительно. Но книга должна была быть написана.
Как только Фонд Гейдара Алиева узнал об этом вопросе, он взял на себя поддержку. Поддержка Фонда превратила проект из индивидуальной инициативы в институциональную работу. Первый вице-президент Фонда, госпожа Лейла Алиева, подходила к этому с особой чуткостью. Практически на все мероприятия, связанные с Ходжалы, были приглашены эти дети. Платформой, выведшей это свидетельство на международную аудиторию, стала линия Фонда. Эта поддержка расширила миссию книги.
Вскоре эти дети были обеспечены жильем в Романе для компактного проживания. Эта линия была показателем гуманитарного подхода, учета масштабов травмы в повседневной жизни. Линия Фонда не ограничилась только текстом проекта. Она также затронула социальное благополучие свидетелей.
По линии Фонда книга была издана на 7 языках. Это стало информационной стратегией проекта, планом выхода на новые аудитории. Естественно, каждый язык означает нового читателя. По мере увеличения числа читателей увеличивалось и обсуждение, и ускорялось раскрытие правды о Ходжалы.
Сегодня книга находится в библиотеках разных стран мира, и это не случайно. Это результат системного распространения, координации, созданной по линии Фонда. Онлайн-тиражирование книги на 7 языках также является важным этапом. Онлайн-распространение обнуляет границы. Когда границы обнуляются, правда распространяется быстрее. За этой скоростью также стоял план, созданный по линии Фонда. Линия Фонда превратила эту книгу в документ, увидевший свет.
Ходжалы — это наша незабываемая историческая страница. Ходжалы — это не только прошлое, но и ответственность сегодняшнего дня. Книга “Невыросшие дети” — это письменный документ этой ответственности. Эта книга — говорящий язык, живой свидетель Ходжалинского геноцида. Эта книга — бесспорное доказательство геноцида. Выход этого доказательства на мировой уровень стал возможен по линии Фонда Гейдара Алиева.
Чтобы невыросшие дети выросли, им нужны были не только годы, но и то, чтобы справедливость была услышана. Кампания “Справедливость для Ходжалы”, начатая Лейлой Алиевой, начала взращивать этих детей. Разрушенный до основания Ходжалы начал возрождаться. Потому что мир начал слышать эту справедливость через "Справедливость для Ходжалы".
В 2020 году под руководством Верховного Главнокомандующего Карабах был освобожден от оккупации. Эта победа также была возрождением памяти. Открылась дорога в Ходжалы. Эта дорога была движением времени, остановившегося внутри 25 детей.
В 2023 году героические сыны Азербайджана под Великим Командованием Верховного Главнокомандующего освободили и Ходжалы. Освобождение Ходжалы стало историческим шагом в направлении завершения незавершенных судеб. Это было пробуждение памяти, молчавшей годами.
Ходжалы возродился. Возродился не только город. Возродились надежда, вера. Возродилось время, застывшее внутри “невыросших детей”.
Невыросшие дети выросли.
Сегодня 33-я годовщина Ходжалинского геноцида. Азербайджан никогда не забудет этот геноцид. Потому что день геноцида — это ответственность будущего, мост, построенный между памятью и справедливостью.
Сегодня мы можем сказать, что Ходжалы — символ возвращения.
Невыросшие дети выросли.
Призыв “Справедливость для Ходжалы”, инициированный Лейлой Алиевой, звучал на международных платформах на протяжении многих лет. Этот призыв был системной политикой памяти. Этот призыв был линией, выводившей детские свидетельства на мировые трибуны. Этот призыв был путем, служащим преодолению границ правдой.
Если Ходжалы возродился, значит, мы восстановили справедливость. Если невыросшие дети выросли, значит, время вернулось на свое место. Это возвращение — результат памяти, борьбы и веры в справедливость.
