События, произошедшие в последние дни на Ближнем Востоке, особенно военные операции, проводимые США и Израилем против Ирана, значительно обострили ситуацию. Из-за возросших рисков безопасности многие страны рекомендуют своим гражданам воздержаться от поездок в Иран, а некоторые рейсы временно приостановлены. На фоне сложившейся ситуации воспоминания и личные впечатления, связанные с поездками в эту страну, вновь оказываются в центре внимания.
Modern.az в этом контексте изучил запоминающиеся воспоминания и впечатления азербайджанских депутатов, посетивших Иран в разные годы, об этой стране. Депутаты поделились интересными моментами, связанными с городами Ирана, его парламентом, религиозными церемониями и контактами с местным населением.
Эльман Насиров: В Исламской Республике Иран я был дважды. Оба раза пришлись на период президентства Мохаммада Хатами. С его приходом к власти в Иране начались либеральные процессы, многие граждане зарубежных стран приезжали в Иран, проводились международные конференции. Если не ошибаюсь, в последний раз я был в Иране в 2004 году. Это была международная конференция, проходившая в Тегеране. На этой конференции у меня было выступление по вопросам безопасности. После конференции, осматривая достопримечательности Тегерана, куда бы мы ни шли с делегацией, за нами следовал "хвост". Каждый из нас чувствовал, что один человек следит за нами, куда бы мы ни шли, но он не знал, что мы знали, что он за нами следит. Мы постоянно находили возможность посмотреть, что за нами ходит один и тот же человек. Еще одно запомнилось: во время перерыва на конференции жарили большую рыбу, пойманную в заливе. Эту рыбу шестеро человек принесли в ресторан на плечах. В итоге от этой рыбы остался только скелет. По приезде мы также пошли на иранский базар, чтобы купить немного орехов, специй и поговорить с местными азербайджанцами. Они жаловались на некоторых азербайджанцев, занимающих высокие должности. Сказали, что они оказывают на них больше давления. Будто некоторые проявляют больше жестокости, чтобы показать, что они больше похожи на персов, чем сами персы. Но и в Тегеране число азербайджанцев исчислялось миллионами. Большая часть из них любит Азербайджан, говорили: "Qurban olum Azərbaycana".
Айдын Мирзазаде: До сих пор я был в Иране дважды. Моя первая поездка была организована по случаю открытия авиарейса Баку–Мешхед. По этому случаю посольство Ирана организовало поездку группы азербайджанских интеллигентов, среди которых были и депутаты, в Мешхед. В тот день мы сначала были в аэропорту, а затем в комплексе святого Имама Резы. У нас была возможность увидеть город в основном во время передвижения на автомобиле, и Мешхед произвел на меня впечатление скорее древнего восточного города. Люди, с которыми мы контактировали, узнав, что мы азербайджанцы, проявляли большое уважение и встречали нас как представителей дружественного и братского народа.
Моя вторая поездка была связана с похоронной церемонией бывшего президента Ирана Акбара Хашеми Рафсанджани в 2017 году. В то время группа депутатов от Милли Меджлиса отправилась в Иран для участия в церемонии. На похоронной церемонии у меня была возможность издалека увидеть верховного лидера Али Хаменеи. Во время этой поездки, помимо церемонии, у нас также появилась возможность частично осмотреть город.
Затем у нас была возможность наблюдать за заседанием иранского парламента со стороны. После того как председатель парламента представил нас, практически все члены парламента встали и встретили нас аплодисментами. Во время нашего пребывания в парламенте мы также провели встречу с представителями группы дружбы Иран–Азербайджан. Среди них было много азербайджанских депутатов. Интересным моментом было то, что эти депутаты разговаривали с нами на азербайджанском языке.
Джейхун Мамедов: Я был в Иране в 2008–2009 годах. В тот период я работал в Государственном комитете по работе с религиозными образованиями, и наша поездка носила официальный характер. По этой причине, хотя у нас не было возможности широко общаться с местным населением, мы старались ознакомиться с окружающей средой в пределах возможного.
Одним из основных моментов, привлекших мое внимание, было то, что иранская сторона старалась предоставить обширную информацию о своей культуре и государстве гостям из разных стран. Они достаточно активно вели себя в общении с гостями, стараясь предоставить максимально подробную информацию о своей стране. В целом же я заметил, что жизнь в Иране очень бурная. Улицы города были чрезвычайно многолюдны. Хотя у нас не было возможности много гулять, во время передвижения по городу мое внимание привлекло чрезмерное количество автомобилей и мотоциклов. По этой причине пересечение дорог иногда создавало значительные трудности.
Рази Нуруллаев: Я всегда хотел побывать в Иране. Мне было интересно увидеть эту страну, близко познакомиться с ее историей и культурой. Однако до сих пор я ни разу не смог посетить Иран. Основная причина этого заключается в том, что время от времени я высказывал определенные критические мнения об Иране. Честно говоря, из-за такой моей позиции у меня были определенные опасения по поводу моей безопасности, и именно поэтому моя поездка до сих пор не состоялась.
Фазаил Ибрагимли: В 2022 году я участвовал в конференции, проходившей в Тегеране по линии Организации исламского сотрудничества. Это была всего лишь однодневная поездка. Хотя у меня не было возможности погулять по городу, могу сказать, что уже по дороге из аэропорта в отель у меня сложились определенные впечатления о городе. По пути я не увидел ничего приятного. Также там была странная морально-психологическая атмосфера. Не знаю, это мои личные ощущения, или все испытывают эти чувства. Что касается отношения дипломатов, могу отметить, что председатель парламента Багери, как и другие представители, встретил нас на высоком уровне, с улыбкой. В дипломатических отношениях все происходит в сердце, в мыслях, а лицо всегда улыбается. Во время заседания количество представителей иранского парламента было небольшим, и поскольку они сидели в разных местах, никакого общения не было.
Тахир Рзаев: Я не был в Исламской Республике Иран, однако впечатления почти всех, кто там был, негативные. Потому что каждый, кто ступает на иранскую землю, отслеживается, его действия наблюдаются. Во многих случаях в отношении них допускались оскорбительные действия, и эти люди постоянно жили в тревоге. Потому что они знают, что за ними следят, и в самом обычном случае их допрашивают. По этой причине я и не хотел ехать в Иран.
