При рассмотрении опыта мирового сегмента высшего образования можно наблюдать, что в такой системе образования, наряду с теоретическими знаниями, особое значение имеет и формирование практических навыков. В частности, согласно модели, применяемой в ряде европейских стран, студенты посвящают определенный период времени в течение обучения, например, 6 месяцев – трудовой деятельности, своей практической подготовке. В течение этого периода они работают как в областях, соответствующих их специальности, так и приобретают опыт в реальной рабочей среде. Это также положительно оценивается с точки зрения более подготовленного выхода молодежи на рынок труда, установления контактов с работодателями на ранней стадии и формирования будущих карьерных перспектив.
На фоне существующих глобальных вызовов и быстро меняющихся требований рынка труда на повестку дня выходит вопрос применения такой модели в нашей стране. Кроме того, изучение возможностей применения модели в нашей стране, а также вынесение этого вопроса на обсуждение в парламенте становится предметом общественного обсуждения как важный шаг с точки зрения согласования политики в области образования и занятости.
В своем заявлении для Modern.az член Комитета по науке и образованию Милли Меджлиса Васиф Гафаров отметил, что, рассматривая опыт стран мира, особенно европейских государств, мы наблюдаем, что определенная часть учебного процесса в системе высшего образования, обычно 6-месячный период, посвящается деятельности студентов в реальной рабочей среде.
«Этот подход, известный как «модель дуального образования» или «кооперативное образование», создает прямую связь между образованием и рынком труда и позволяет студентам укреплять свои теоретические знания практическими навыками. Опыт Германии, Австрии, Нидерландов и других стран показывает, что эта модель значительно увеличивает шансы молодежи найти работу после окончания учебы и более эффективно удовлетворяет потребность работодателей в квалифицированных кадрах».
Член Милли Меджлиса отметил, что применение этой модели возможно и в Азербайджане, и даже может считаться необходимым на фоне существующих вызовов:
«Хотя производственная и педагогическая практика в высших учебных заведениях существует, в большинстве случаев этот процесс носит краткосрочный и формальный характер, а системная и институциональная связь с рынком труда налажена слабо. Однако, если будет создан механизм более длительной, оплачиваемой и поддерживаемой государством производственной практики в течение обучения, студенты смогут развивать свои профессиональные навыки, облегчать процесс адаптации к будущим рабочим местам и приобретать трудовой стаж еще во время учебы».
В. Гафаров также подчеркнул, что для применения такой модели в первую очередь важно усовершенствовать правовую базу:
«Необходимо внести в Закон «Об образовании» и Трудовой кодекс положения, регулирующие модель дуального высшего образования, юридически определить статус студента-стажера и сформировать механизм социального страхования. В то же время государством могут быть применены финансовые и стимулирующие механизмы. Например, налоговые льготы для работодателей, субсидирование определенной части заработной платы студентов, разработка специальных государственных программ по стратегическим и приоритетным специальностям могут повысить привлекательность этой модели».
Депутат заявил, что другим важным направлением является укрепление институционального сотрудничества:
«Важно создать механизм скоординированной деятельности между Министерством науки и образования, Министерством экономики и предпринимательскими структурами, а также обеспечить более активную работу центров карьеры и промышленных связей в университетах. Целесообразнее начинать применение модели не сразу по всем специальностям, а на начальном этапе в формате пилотного проекта, особенно в областях инженерии, информационных технологий, аграрной и промышленной сферах. На основе результатов пилотного этапа механизмы могут быть усовершенствованы, что позволит более широкое применение».
В. Гафаров также добавил, что этот вопрос может быть широко обсужден и на уровне Милли Меджлиса:
«Организация слушаний в Комитете по науке и образованию, проведение обсуждений с участием экспертов, ректоров и работодателей, а также подготовка законодательных инициатив могут стать реальными шагами. Занятость молодежи и развитие человеческого капитала являются одними из приоритетных направлений государственной политики, а более тесная интеграция образования с экономикой является одним из ключевых факторов, который повысит конкурентоспособность страны в долгосрочной перспективе.
В конечном итоге, применение 6-месячного систематического и поддерживаемого государством этапа практической работы в течение высшего образования в Азербайджане как возможно, так и стратегически выгодно. Главный вопрос – это построение устойчивого и институционального сотрудничества между образованием, государством и бизнесом. При правильном планировании и поэтапной реализации эта модель может внести значительный вклад в профессиональное развитие молодежи, обеспечение рынка труда квалифицированными кадрами и в целом в устойчивое развитие национальной экономики», – завершил свою мысль депутат.
Исследователь в области образования Эльмин Нури, в свою очередь, отметил, что в этом вопросе мы должны уделить особое внимание одной детали:
«В некоторых университетах мира применяется модель «3+1». Согласно этой модели, студент в течение трех лет обучается в университетской аудиторной среде по какой-либо специальности. Естественно, этот подход не может быть применен ко всем специальностям. К инженерным, технологическим и особенно медицинским специальностям эта модель абсолютно не относится. В медицине же ее применение вообще невозможно.
Однако существуют некоторые среднестатистические профили специальностей, в которых используется модель «3+1». Как следует из названия, три года посвящаются теоретическим знаниям, а один год – исключительно практическому применению на производстве. В целом четырехлетний период считается студенческим.
У нас же эта модель не применяется. Да, практики есть, но во время практики студент по-прежнему подчиняется университету, ходит туда-сюда, и процесс не полностью интегрируется в производственную среду. Кроме того, решаются определенные процедуры, связанные с университетом. Тогда как в упомянутой нами модели после трех лет студент завершает аудиторный этап и проходит один год обязательной производственной практики».
По словам специалиста, большинство университетов, применяющих этот подход, строят свою современную траекторию развития и стратегию на треугольнике наука-промышленность-инновации:
«Здесь особое внимание уделяется связи науки и бизнеса, этой двойственности, и все программы направлены в это русло. Университет считает, что он готовит студентов, и одна из функций этого студента – создавать ценность в будущем, участвовать в экономических механизмах. Это подход, который не только рассматривает студента как чисто материальный дивиденд, но и видит в нем активного участника экономической и инновационной системы, определенного кадра.
Это один из современных трендов высшего образования в мире, и в этом нет ничего необычного или негативного. Просто мы должны задать себе вопрос: где сегодня находятся наши университеты в треугольнике наука-промышленность-инновации? Насколько активна их позиция в этом треугольнике?
Если они применят эту модель, или перейдут на шестимесячную модель, как вы упомянули, или вообще внесут какие-либо структурные изменения, или не внесут – что изменится? В этом вопросе мы не должны торопиться. Государством предпринимаются очень важные шаги, особенно в области искусственного интеллекта и цифровизации, и можно сказать, что мы не отстаем от инноваций».
Э. Нури считает, что само научное учреждение должно быть полностью готово к этому применению и идти параллельно процессу:
«Здесь вопрос решается не только желанием. Было бы неправильно формировать желание с одной стороны и делать шаг, не учитывая другую сторону. В противном случае, мы можем столкнуться с реальностью позже и быть вынуждены сказать, что это нам не подходит. Хотя правильная оценка реальности заранее более целесообразна.
Полагаю, сначала должна быть разработана программа на уровне университета. Каждое конкретное высшее учебное заведение при определении своей стратегии должно четко представить, как оно рассчитало механизм развития. Оно должно уточнить, как будет определять место студента в плоскости производства и аудитории, теории и практики. Прежде чем думать о применении этой модели, университет должен задать себе вопрос: насколько мы к этому готовы?», – отметил он.
