Присутствие азербайджанского дипломата на уровне атташе в зале во время выступления премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху в рамках 81-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН стало предметом информационной волны против Азербайджана. Определенные сегменты социальных сетей в Турции, находящиеся под влиянием радикальных исламистских кругов, предпринимают тщетные попытки превратить это изображение в основу нового нарратива против Азербайджана.
И что еще интереснее, политический шум, созданный вокруг этой простой дипломатической процедуры, является абсурдом, формирующим совершенно иное представление об Азербайджане в определенных кругах, далекое от сути внешней политики Азербайджана. Главный вопрос заключается в том, с каких пор присутствие атташе в зале ООН стало показателем внешней политики государства?
Одна из самых опасных ошибок в дипломатии – это придание политического смысла технической процедуре. Атташе – одна из низших дипломатических должностей в системе дипломатической службы. В законодательстве Азербайджана также отдельно определяются дипломатические должности и ранги. Атташе занимает одну из низших ступеней в системе дипломатических должностей. Здесь речь не идет о дипломате, который будет принимать политические решения. Речь идет о сотруднике, который осуществляет технические аспекты дипломатической службы. Его работа заключается в наблюдении, прослушивании, ведении записей, сборе информации, анализе содержания выступлений и подготовке соответствующих отчетов.
Пытаться вывести государственную политику из одного изображения в зале ООН, не понимая этой разницы, – это либо дипломатическая неграмотность, либо целенаправленное превращение факта в политическую манипуляцию.
В международных отношениях государства слушают позиции друг друга. Даже представители государств с серьезными разногласиями могут следить за выступлениями друг друга. Потому что одна из важных функций дипломатии – это получение информации и анализ политических позиций. Присутствие представителя одного государства в зале не означает, что это государство принимает всю политику выступающей страны. По той же логике, покинуть зал также не означает автоматического решения всех проблем.
Здесь необходимо особо подчеркнуть, что азербайджанская делегация со временем не покидала зал во время выступлений официальных лиц оккупационной Армении на трибуне ООН. Следует напомнить, что Азербайджан на протяжении многих лет был государством, столкнувшимся с оккупацией своих территорий Арменией. Несмотря на это, дипломатическое поведение Азербайджана на международных платформах не строилось исключительно на «неслушании выступающей стороны».
Если азербайджанская делегация на протяжении многих лет может слушать выступление Армении, с которой у нее были острые разногласия из-за оккупации ее территорий, то представлять присутствие азербайджанского дипломата в зале во время выступления главы другого государства как «политическое предательство» или «изменение внешней политики» с логической точки зрения является позором.
Генеральная Ассамблея ООН является одной из крупнейших многосторонних дипломатических платформ, где собираются государства мира. Здесь государства слушают друг друга, обсуждаются резолюции. Все это может быть оценено в конкретном политическом контексте.
Подход к внешней политике Азербайджана с логикой социальных сетей является примером политической незрелости. Баку одновременно строит отношения с различными государствами в разных направлениях. Азербайджан является братом Турции, соседом Ирана, имеет дипломатические отношения с Израилем. Каждые из этих отношений имеют свою повестку дня, правовую базу и сферу интересов. Баку принимает свои решения именно в этих рамках.
Существует реальность, исходящая из истории Азербайджана. Страна на протяжении многих лет сталкивалась с проблемой оккупации. В резолюциях Совета Безопасности ООН, принятых в 1993 году, были закреплены фундаментальные принципы, касающиеся суверенитета и территориальной целостности Азербайджана. Азербайджан представляет уважение к суверенитету и территориальной целостности других государств как один из важных принципов своей внешней политики. Этот подход является основной концептуальной линией азербайджанской дипломатии.
В последнее время одним из самых абсурдных утверждений, высказываемых на различных информационных платформах, принадлежащих радикальным исламистам в Турции, против Азербайджана, является формирование мнения о том, что Азербайджан якобы играет особую направляющую роль в политике США и Израиля против Ирана.
Возникает вопрос, где фактологическая база этого утверждения? Представлять Азербайджан как «центрального актора» ирано-израильского противостояния без предъявления фактов – это производство нарратива.
Ведь официальная позиция Азербайджана показывает обратное.
В марте 2026 года МИД Азербайджана в своем заявлении по Ирану призвал к прекращению военных действий и решению вопросов путем диалога и дипломатических средств. Президент Ирана поблагодарил Азербайджан за помощь. Это конкретные факты. И это называется независимой внешней политикой.
Наличие дипломатических отношений не означает согласия по всем аспектам политического союза. Дипломатические отношения Азербайджана с Израилем не означают, что он принимает всю внешнюю политику Израиля. Аналогично, соседские отношения Азербайджана с Ираном также не означают, что он принимает всю региональную политику Ирана. Одна из основных особенностей международных отношений заключается в том, что государства строят отношения, но сохраняют свою политическую субъектность. Азербайджан также это делает.
Объяснять или расшатывать суть азербайджано-турецких отношений с помощью публикаций в социальных сетях абсурдно. Шушинская декларация, подписанная 15 июня 2021 года, подняла отношения двух стран на самый высокий уровень. В документе особо подчеркивается приверженность сторон принципам независимости, суверенитета, территориальной целостности и неприкосновенности международно признанных границ. Что еще важнее, в Декларации четко отмечается, что обе стороны проводят независимую внешнюю политику, направленную на защиту национальных интересов.
Эта фраза на самом деле отвечает на весь спор. Тогда почему азербайджано-турецкое братство постоянно становится мишенью? Ответ прост: это братство – вопрос, которого многие страны не желают и не хотят. Поэтому необходимо проявлять осторожную позицию по отношению к интригам оппортунистов. Нельзя забывать, что азербайджано-турецкие отношения стали элементом более широкой региональной геополитической архитектуры.
Один из самых примечательных аспектов этого вопроса заключается в том, что это не первая подобная информационная волна. В 2025 году в контексте Генеральной Ассамблеи ООН также были выдвинуты манипулятивные утверждения в информационном пространстве Турции, отличающемся антитурецкой деятельностью, относительно поведения азербайджанской делегации в отношении Нетаньяху. Именно это и есть механизм «обрамления факта», часто наблюдаемый в экосистеме дезинформации.
Ответ Азербайджана на все это на самом деле давно известен: независимая внешняя политика...
Это можно увидеть и по дипломатическому поведению Азербайджана в последние годы. Баку поддерживает связи с различными центрами силы. Но свои интересы он ставит превыше всего.
Внешнюю политику Азербайджана определяет азербайджанское государство. Представлять это иначе противоречит понятию государственного суверенитета.
Азербайджано-турецкие отношения больше, чем алгоритмы социальных сетей. Эти отношения более четко проявляются во встречах двух президентов. Они более искренне проявляются в отношениях двух народов друг к другу. Поэтому необходимо обращать внимание на антитурецкую и антиазербайджанскую пропагандистскую машину в Турции, на источник, контекст и фактологическую базу каждой информации, распространяемой об Азербайджане.
Еще раз хотим подчеркнуть, что внешняя политика Азербайджана – это государственная стратегия, формировавшаяся годами, и присутствие атташе в зале ООН не может быть ее показателем.
Азербайджан может слушать всех, но окончательное решение принимает сам.
Эльнур АМИРОВ
