Залу церемоний Голубой мечети в Ереване присвоено имя армянского поэта Егише Чаренца. Мемориальную доску открыл вице-президент Ирана Хамид Пурмохаммади. Посольство Ирана в Армении объявило, что в этом зале также будет установлен бюст поэта. В информации, предоставленной посольством агентству "Арменпресс", мечеть представлена как символ историко-культурного наследия Ирана и Армении. История азербайджанцев, связанная с этим памятником, осталась за рамками презентации.
Именно это вызывает основной протест. Важный памятник религиозно-культурной памяти азербайджанского народа в Ереване превращается в площадку для демонстрации дружественных отношений двух стран, а историческая среда, создавшая и сохранившая его, становится невидимой. Участие иранских властей превращает это отношение в более тяжелую политическую и моральную ответственность.
История Голубой мечети не начинается с последующих дипломатических презентаций. Согласно историческим источникам, памятник был построен в 1760-х годах ереванским ханом Гусейн-Али ханом. Комплекс с молельными залами, кельями и вспомогательными постройками был одним из важных центров религиозной жизни города.
Это происхождение подтверждается и в собственном источнике армянской стороны. Официальный туристический сайт Еревана, ссылаясь на надпись у входа в мечеть, сообщает, что она была построена Гусейн-Али ханом в 1766 году. В том же источнике указываются названия памятника: "Голубая мечеть", "Мечеть Гусейн-Али хана" и "Голубая джами".
Связь мечети с местной азербайджанской общиной нашла отражение и в зарубежных научных исследованиях. В исследовании антрополога Цыпылмы Дариевой, опубликованном в журнале "Central Asian Survey", отмечается важная роль азербайджаноязычных шиитских мусульман в городской жизни Еревана. Автор также приводит описание путешественника Генри Линча о том, что Голубая мечеть окружена многочисленными "татарскими" домами. Эти факты показывают, насколько неполным является подход к отделению памятника от исторической среды азербайджанцев.
Выделение Ираном средств на реставрацию мечети в своих интересах не меняет этой истории. Реставрирующая сторона не получает права переопределять прошлое памятника в соответствии со своими политическими отношениями. "Сохранение" стен и сохранение памяти общины, которая их оживляла, не могут быть разделены.
Более того, проблема началась не только с нынешней церемонии. В исследовании Дариевой указывается, что Голубая мечеть в официальных презентациях связывается с ирано-армянской дружбой, признается только как "персидская мечеть", и этот подход носит исключающий характер. Следовательно, критика по поводу оттеснения азербайджанской памяти на второй план имеет основание и в научном источнике.
Иранские власти, представляющие себя защитниками исламской солидарности, сталкиваются здесь с серьезным противоречием. Быть хранителем мусульманского памятника требует уважения к памяти его духовных владельцев. Исключение истории азербайджанцев, связанной с этой мечетью, из презентации опустошает содержание претензии на религиозную солидарность. Это неуважение к исторической памяти мусульман, и Тегеран не может уклониться от ответственности, называя такое поведение культурным сотрудничеством.
Заявления иранского режима о стабильности в регионе также не могут быть оценены отдельно от его реальной политики. Совет Европейского Союза, расширяя механизм санкций 14 мая 2024 года, указал военную поддержку Ираном негосударственных вооруженных групп на Ближнем Востоке и в регионе Красного моря как одну из причин.
Поддержка вооруженных групп, расширение возможностей давления и безразличное отношение к чувствительности соседних обществ не способствуют укреплению стабильности. Они создают условия для продолжения напряженности и конфронтации. В случае с Голубой мечетью также видно, что политические интересы преобладают над взаимным доверием. Тегеран, расширяя свое влияние, не учитывает недовольство, которое это вызывает в памяти другого народа.
В таком случае ответственность Армении также не снимается. Защита памятника, расположенного на ее территории, создает обязательство честно представлять его историческую принадлежность. Представление Голубой мечети в рамках ирано-армянского наследия посылает азербайджанцам сообщение о том, что их прошлое в Ереване не признается. Это сообщение негативно влияет на примирение народов, ослабляет взаимное доверие и подрывает общественные основы мира.
В опубликованном тексте мирного соглашения, парафированного Азербайджаном и Арменией в 2025 году, содержатся воля к добрососедству, возможности гуманитарного и культурного сотрудничества. Для того чтобы это направление создало доверие в обществах, должно измениться и отношение к историческому наследию. Исключение памяти одного народа из дружественной презентации двух других государств не служит этой цели.
Признание связи Голубой мечети с культурно-историческим наследием азербайджанского народа не является территориальной претензией. Это требование уважения к исторической правде и памяти людей, живших там. Иран и Армения должны указывать эту связь в официальных презентациях, на информационных табличках и в материалах, объясняющих историю комплекса.
Ценность слов Тегерана о религиозной солидарности измеряется в таких моментах. Участие на высоком уровне в церемонии, где азербайджанское наследие исключается, не может считаться примером солидарности. Иранские власти не должны превращать свою поддержку сохранения Голубой мечети в политический инструмент, скрывающий азербайджанскую память.
Ереван должен переосмыслить, куда ведет его эта политика. Будущее Армении заключается в приспособлении к политическим интересам иранского режима, сталкивающегося с международным давлением, или в установлении прочного мира и сотрудничества с Азербайджаном, который является одним из основных центров силы в регионе, соединяющим Восток и Запад? Шаги по исключению азербайджанской памяти в Голубой мечети ослабляют убедительность заявлений о добрососедстве. Если Армения хочет воспользоваться преимуществами мира, она должна превратить уважение к историческому наследию своего соседа в часть своего политического поведения.
